image

Радистка

Знаменитые люди западнодвинского района: Радистка
Из воспоминаний участницы Великой Отечественной войны Е. М. НЕМЫКИНОЙ.
Девичья моя фамилия – Архипова. Будучи уроженкой Западнодвинского района, я в предвоенные годы жила и работала в Ленинграде на прядильно-ниточном комбинате им. Якирова табельщицей. Там и застала война.
С первых дней всех, кто не был мобилизован в действующую армию, зачислили в отряды МПВО. несла дежурство в госпиталях, на улицах и на крышах домов и зданий во время налетов вражеской авиации. Пожилые рыли окопы.
Прежде чем заступить на дежурство, получали соответствующий инструктаж. Нам показывали, как обращаться с винтовками, производить выстрел, если из какого-нибудь окна или чердака будет пущена сигнальная ракета, служившая ориентиром вражеским летчикам при бомбометании. По первому сигналу сирены мы поднимали в небо заградительные аэростаты.
… Помню теплый солнечный день, и в ясном небе вдруг появилось множество быстро двигающихся точек. Нам показалось, что это птицы летят. Но вдруг начали бать зенитки. А вслед за этим послышались взрывы бомб, падающих сплошной стеной с неба. То на одну, то на другую крышу сваливались снаряды. Заполыхал огонь.
Мы бросились вверх по лестницам, спеша вступить в борьбу с готовыми вот-вот взорваться бомбами. Вдруг одна из них громыхнула, и взрывной волной нас раскидало по сторонам. В тот день, 27 июня, на Ленинград совершили налет более тысячи вражеских самолетов. Кругом занялись пожары. Все превратилось в кромешный ад.
Наш отряд трижды поднимался на крыши, пытаясь успеть погасить как можно больше «зажигалок», и каждый раз нас сбрасывало взрывной волной. В тот день мы потеряли восьмерых девчат.
Горечь утраты пронзила сердца. Но страха у нас не было. Ненависть к врагам, пытавшимся поработить наш народ, уничтожить все, что нам дорого, укрепляла уверенность в своих силах и возможностях противостоять нечисти.
Ленинград голодал. На наших глазах буквально на каждом шагу женщины, старики и дети падали в обморок и умирали. И нас, молодых, от слабости из-за постоянного недоедания шатало на ветру. Но мы храбрились, упорно продолжали нести свою вахту, вели счет «зажигалкам», которые удавалось потушить и, таким образом, спасти от разрушения много зданий.
В непрерывном грохоте канонады, когда вели стрельбу наши зенитки и дальнобойные орудия с Пулковских высот, преграждая путь фашистским стервятникам, мы выполняли свою работу без жалоб и стенаний, чувствуя себя частицей великой силы, которая, во что бы то ни стало, сметет врага, и мечтали о той поре, когда наступит мирная тишина…
Первой моей военной наградой была медаль «За оборону Ленинграда».
30 ноября 1941 года меня направили на фронт. На другой день я прибыла в расположение 59-го Пугоревского запасного полка, где в течение двух месяцев проходили сборы радистов. Одновременно с приобретением навыков работы на рации изучали парашютное дело.
После курсов направили в пехотную часть, где прослужила до июля 1942 года. Во время большого налета вражеской авиации получила контузию. Лечилась в госпитале в Ленинграде. А вскоре после выписки оттуда была зачислена в 142-ю морскую бригаду радисткой. Заодно выбрали меня секретарем комсомольской организации. Получила направление в Кронштадт в 49-й отдельный полк, в составе которого прошла до окончания войны. Победу встретила недалеко от Берлина, на Датском острове, а основные наши части участвовали во взятии фашистского логова, столицы Германии.
Когда была ранена во второй раз (в начале 1943 года), лежала в госпитале в Лебяжьем. Там произошла случайная встреча с земляками из Западной Двины. Вспомнили довоенную жизнь, друзей и родных, о судьбе которых мало что знали.
Впоследствии участвовала в прорыве блокады Нарвской крепости, в боях за освобождение Эстонии, частично – Литвы, во взятии Восточной Пруссии, пройдя путь изматывающих сражений и нелегких побед. За участие во взятии прусского города Мемель мне вручили Благодарственное письмо Сталина. Такой наградой бойцы особо гордились, ведь с именем вождя они шли в неравный бой с превосходящими силами противника, не ведая страха, готовые принести себя в жертву на алтарь Отечества.
Помню, как вручали мне орден Красной Звезды. Это случилось вскоре после того, как совершила я с группой разведчиков (единственная среди них женщина) вылазку в немецкий тыл. Надо было передать по рации сведения о расположении вражеских сил, так как город несколько раз переходил из рук в руки, и, чтобы окончательно выбить из него врага, надо было точно указать координаты, а это было равносильно тому, что вызвать огонь на себя.
Несмотря на то, что группа наша попала в окружение и потеряла двоих разведчиков убитыми, мы свою задачу выполнили. И наши части, открыв огонь, выбили, наконец, противника с «насиженного» места и вышли на новые позиции, продвинувшись вперед.
Командование посчитало, что радистка Архипова хорошо справилась с выполнением своего задания, и представило меня к высокой награде.
За участие во взятии польского города Кольберга (наши части входили тогда в состав III Белорусского фронта под командованием Рокоссовского и вели наступление во взаимодействии с польскими войсками) меня наградили медалью «За боевые заслуги».
Запомнились последние месяцы военных действий уже на территории Германии. В 120 километрах к северу от Берлина наши части, участвуя в боях с курляндской группировкой фашистов, встретили яростное сопротивление со стороны власовцев, воевавших на стороне врага.
…Память хранит много эпизодов из моей фронтовой жизни. К примеру, первый заброс в немецкий тыл. Разведгруппу, в которую меня зачислили радисткой, из Кронштадта на самолете перебросили к форту «Ф», где нам предстояло спуститься на парашютах в расположение врага, собрать необходимые данные и передать их своим.
Самолет успешно преодолел значительное пространство, несмотря на сплошной перекрестный заградительный огонь, и вот поступила команда подготовиться к прыжку. Один за другим исчезали в проеме открытого люка мои боевые товарищи. Я даже не успела испугаться, когда почувствовала толчок в спину, и камнем полетела вниз. Дернув за кольцо, почувствовала, что парашют раскрылся. Сумела приземлиться в обозначенном месте.
А однажды, когда форсировали реку на польской территории, пришлось, вопреки данному мной обету не подходить близко к воде из-за боязни утонуть (она засела во мне после неудачного плавания в довоенное время в Волге, когда уже и не чаяла остаться в живых), держась за канат, стараясь не замочить рацию, перекинутую за спину, преодолевать водную стихию. Переправа была под непрерывным обстрелом врага, и много наших бойцов погибло. Мне же удалось перебраться невредимой. И вскоре, развернув рацию, я передавала командованию необходимые сведения.
И вот, наконец, настал долгожданный День Победы. Радости не было конца…
Подготовила Л. САВЕЛЬЕВА

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.